Прохлады живительной полный.
Былъ вечеръ; туманъ упадалъ;
Съ таинственнымъ говоромъ волны,
Плескаясь, играли у скалъ.
И образъ прелестной ундины
Вдругъ на берегъ вышелъ ко мнѣ,
И перси ея лебедины
Вздымались, подобно волнѣ.
Она меня крѣпко и больно
Сжимала въ рукахъ ледяныхъ:
— Пусти меня, дѣва! довольно!
Мнѣ душно въ объятьяхъ твоихъ. —
«О нѣтъ! я тебя обнимаю
Такъ крѣпко, мой другъ молодой,
Затѣмъ-что согрѣться желаю
Холодной вечерней порой.»
— Смотри — тамъ луна всё блѣднѣе
На землю глядитъ съ вышины:
Твой взоръ сталъ туманнѣй, мрачнѣе,
Прелестная дѣва волны! —
«О, нѣтъ! тебѣ такъ показалось!
Глаза мои влаги полны:
Въ нихъ свѣтлая капля осталась
Родимой, игривой волны.»
— Крикъ чаекъ вдали раздаётся
И моря сердитаго вой…
Зачѣмъ твоё сердце такъ бьётся
Мятежно въ груди молодой?»
«Влекомое силой мятежной,
Оно ужь такъ бьётся давно,
Затѣмъ-что любовію нѣжной
Къ тебѣ оно, милый, полно!»