Вотъ идутъ они попарно
Въ свѣтло-синихъ сюртучкахъ.
Щечки ихъ здоровьемъ пышатъ,
Радость свѣтится въ глазахъ!
Какъ они послушны, кротки
Эти милыя сиротки!
Въ каждомъ сердцѣ симпатію
Пробуждаетъ дѣтскій видъ.
И отъ милостыни щедрой
Кружка мѣдная звучитъ.
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
Вотъ чувствительная дама
Подбѣжала къ одному;
И батистомъ утираетъ
Грязный носъ она ему.
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
Ицко самъ и тотъ стыдливо
Вынулъ талеръ сиротамъ;
(У него есть тоже сердце)
И пошелъ къ своимъ дѣламъ.
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
Господинъ благочестивый
Опускаетъ луидоръ.
И чтобъ Богъ его увидѣлъ
Обращаетъ къ небу взоръ!
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
Нынче праздникъ; веселится
Цѣлый день — рабочій людъ;
И за маленькихъ сиротокъ,
Бѣдняки отъ сердца пьютъ.
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
И инкогнито, богиня
Милосердія идетъ,
Переваливаясь важно,
За процессіей сиротъ.
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
На лугу — палатка; вьются
Флаги пестрые надъ ней.
У дверей оркестръ играетъ.
Угощать хотятъ дѣтей.
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
Сѣли длинными рядами…
Пиръ горой у нихъ идетъ;
И грызутъ себѣ какъ мышки,
И суютъ усердно въ ротъ,
Торты, вафли и лепешки
Эти бѣдненькія крошки!
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
Но мерещится невольно,
Мнѣ иной, сиротскій домъ;
Нѣту лакомыхъ обѣдовъ,
Въ необъятномъ домѣ тамъ…
У людей тамъ и у неба
Дѣти тщетно просятъ хлѣба.
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!
Тамъ не водятъ ихъ попарно,
Но куда ни загляни
Одинокіе, печально,
Бродятъ день и ночь они…
Тамъ голодныхъ слышны стоны,
И голодныхъ тѣхъ — мильоны!
Какъ они всѣ тихи, кротки
Эти милыя сиротки!