Я слышал преданье. С глубокой тоской
Сирена жила под пучиной морской
И на берег моря, где ива стояла,
Она выходила и всё поджидала
Кого-то, — и слёзы в полуночный час
На влажные кудри роняла из глаз,
И по ветру стоны и вопли носились:
Пловцы, их услыша, в испуге крестились,
Завидя сквозь сумрак полоску земли…
Но стоны сирены до неба дошли.
И чудо с сиреной тогда совершилось:
В прекрасную арфу она обратилась,
А кудри красавицы в струны свились
И грустные звуки от них понеслись.
Так годы промчались, но струны звучали,
Исполнены прежней, глубокой печали,
И только рукою коснусь я до них,
Угрюмей становится каждый мой стих.