Плачъ.
Когда бъ вся скорбь, весь плачъ и сокрушенья,
Всѣ горести, невзгоды и печаль,
Что разлиты здѣсь въ скорбномъ мірѣ,
Слились въ единый стонъ, — то всѣ они
Ничтожными сочлись бы предъ утратой
10
Отнынѣ Честь и Младость пріуныли,
Свѣтъ потемнѣлъ, міръ тусклымъ сталъ и мрачнымъ,
Нѣтъ радостей въ немъ, — лишь печаль и горе.
Унылы, скорбны, въ полномъ сокрушеньи
Всѣ ратники любезные, пѣвцы,
Проворные жонглеры, трубадуры:
Предсталъ имъ въ Смерти слишкомъ врагъ смертельный,
И отнялъ онъ у нихъ, непобѣдимый,
10
Предъ нимъ скупымъ казался самый щедрый,
И не было, не будетъ, кто бъ сравняться
Могъ съ тѣмъ, о комъ скорбятъ въ слезахъ и горѣ.
Смерть блѣдная, полна ты сокрушенья,
Похвастать можешь ты, что отняла
У міра лучшаго изъ витязей,
Когда либо бывавшихъ на землѣ.
Все цѣнное на свѣтѣ было достояньемъ
10
И было бы лучше, кабы Божья воля,
Чтобы онъ жиль, а не лиходѣи,
Что міру не на славу, а на горе.
Когда отъ вѣка лжи и сокрушенья
Любовь ушла, — ликуетъ въ немъ обманъ,
Все на ущербъ идетъ, полно унынья,
И, ухудшаясь, меркнетъ день за днемъ…
Дивится всякій доблестямъ и славѣ
10
Что лучшимъ былъ изъ славныхъ въ здѣшнемъ мірѣ.
Увы, ужъ нѣтъ прекраснаго здѣсь тѣла
Остались намъ лишь скорбь, печаль и горе.
Тому, Кто нашему внявъ сокрушенью,
Снисшелъ съ небесъ и съ насъ проклятье снялъ,
Кто смерть пріялъ и насъ же спасъ отъ смерти,
Ему, смиренному Владыкѣ правды,
Мы молимся о милости великой
10
Пусть Онъ проститъ его, Онъ — милосердный,
Пусть пріобщитъ къ избранникамъ почетнымъ,
Гдѣ нѣтъ печали, гдѣ не будетъ горя.