Мнѣ снилось, что мѣсяцъ такъ грустно свѣтилъ,
И звѣзды такъ грустно свѣтили;
И былъ унесенъ я въ тотъ градъ, гдѣ любилъ,
За многія тысячи милей.
И къ дому любезной моей приведенъ,
Крыльца цѣловалъ я ступени,
Которыхъ краями касался хитонъ,
Ея покрывавшій колѣни.
И хладъ того камня мнѣ въ душу проникъ,
И долго я видѣлъ, смущенный,
Въ открытомъ окнѣ предъ собой блѣдный ликъ,
Сіяньемъ луны освѣщенный.