Многоголовый змей с шипеньем выходил
Из недоступного Лернейского болота.
Парами смрадными наполнен воздух был
В пещере, где людей он хоронил без счёта.
Бесцельна здесь меча усердная работа:
Он голову одну от шеи отделил —
Две новых выросли; жить страстная охота
Растит их. Меч себя бесплодно иступил.
Где сталь не помогла, там пусть огонь поможет,
И, быстрою рукою зажёгши целый лес,
Чудовище-змею изранил Геркулес.
В сожжённом теле кровь вращаться уж не может.
Последней головы герой врага лишил
И на болотном дне мечом её зарыл.
Как! То, что сгинуло, вновь грозно выплывает?
Как! Сказка старая вновь может быть слышна?
Что день похоронил, ночь снова пробуждает?
И место тлению жизнь уступить должна?
В болоте голова недвижно почивает.
Но вот, как будто бы очнувшись вдруг от сна,
Зашевелилася, приподнялась она
И в лучезарный свет из мрака выползает.
Вот шея выросла под этой головой.
Вот туловище всё за нею постепенно
Из грязи тянется — и снова змей живой,
В чешуйчатой своей одежде дерзновенно
Шипит, зовёт на бой… Вставай, мой Геркулес,
Бери опять свой меч и свой горящий лес!