Мы изъ Гарбурга въ Гамбургъ доѣхали въ часъ;
5Былъ ужь вечеръ; привѣтливо-ярко
Улыбались мнѣ звѣзды, и было тогда
5Мнѣ не холодно, но — и не жарко.
И когда я пріѣхалъ къ мамашѣ — она
5Испугалась, какъ только взглянула
На меня, и вскричала: «дитя моё! ахъ!»
5И въ восторгѣ руками всплеснула.
«О, дитя моё, ты ли? Тринадцать вѣдь лѣтъ
5Прожила я въ разлукѣ съ тобою!
Ужь навѣрно ты голоденъ? хочется ѣсть?
5Говори откровенно со иною!
«У меня есть и рыба, и жареный гусь,
5И прекрасные есть апельсины.»
— Дай и рыбу и гуся; увидимъ, мама,
5Хороши ли твои апельсины. —
И когда я съ большимъ апетитомъ всё ѣлъ,
5Мать была весела и счастлива,
Предлагала вопросъ за вопросомъ — и всѣ
5Они были весьма щекотливы:
«О, дитя моё милое! кто о тебѣ
5На чужой-то сторонкѣ радѣетъ!
Хорошо ли хозяйство идётъ у жены?
5Чай, заштопать чулокъ не умѣетъ!»
— Хороша твоя рыба, мама, но её
5Нужно кушать весьма осторожно;
Ты теперь не должна мнѣ мѣшать, а не та —
5Подавиться вѣдь очень возможно. —
А когда я всю рыбу поѣлъ, принесёнъ
5Былъ мнѣ жареный гусь съ черносливомъ;
А мама, между-тѣмъ, обратилась ко мнѣ
5Вновь съ вопросомъ весьма щекотливымъ:
«Ну, дитя моё милое, гдѣ тебѣ: здѣсь,
5Иль въ Парижѣ жилося привольнѣй?
Какъ по твоему мнѣнью, которымъ, скажи,
5Ты остался народомъ довольнѣй?»
— Вотъ нѣмецкіе гуси, мама, хороши,
5А французы — тѣ ихъ начиняютъ
Несравненно искуснѣе насъ, и къ тому-жь —
5Что за соусы къ нимъ сочиняютъ!
Я откланялся гусю — и отдалъ тогда
5Своего уваженія дань я
Апельсинамъ — и сладки какъ были они!
5Превзошли всѣ мои ожиданья.
Но мама мнѣ опять предложила вопросъ —
5И совсѣмъ ужь, совсѣмъ ужь напрасно,
Потому-что теперь о подобныхъ вещахъ
5Говорить чрезвычайно опасно:
«Ну, дитя моё милое! что, каковы
5Нынче стали твои убѣжденья?
Ты политику, вѣрно, не бросилъ! скажи,
5Съ кѣмъ теперь твои сходятся мнѣнья?»
— Апельсины, мама, хороши; но у нихъ
5Сѣмена отвратительно горьки.
Сладкій сокъ я сосу, но привыкнулъ всегда
5Я къ сторонкѣ откладывать корки. —