Я помню, во снѣ мнѣ явилась,
Она — боязлива, робка…
Лавиты ея были блѣдны,
И грудь изсушила тоска;
Ребёнокъ шёлъ съ нею; другаго
Держала она на рукахъ…
Смущенье и горе замѣтны
Въ движеньяхъ, въ улыбкѣ, въ очахъ.
Чрезъ площадь она проходила;
И тамъ повстрѣчались мы съ ней.
И взявъ её за руку, тихо
И ласково молвилъ я ей:
„Страданья тебя изнурили,
Послѣдуй за мною, въ мой домъ.
И стану одежду и пищу
Тебѣ добывать я трудомъ.
Дѣтей твоихъ стану лелѣять,
За ними ходить буду я,
Но больше всего за тобою:
Сама ты больное дитя!
О томъ, какъ любилъ я — ни слова
Тебѣ не хочу говорить;
А если умрёшь ты — я стану
Къ тебѣ на могилу ходить!“