Окоп в степи дремучей,
Огонь блестит сквозь мрак,
Сверкают ружья кучей, —
Французский там бивак.
То Клебера бригада;
Ждут гренадеры дня;
Сидит близ их отряда
Начальник у огня.
Раскинута ландкарта,
Сидит в раздумьи он;
И клонит Бонапарта
В тиши невольный сон.
Кругом дремота та же
Нашла на весь отряд;
К ружью склонился даже
Сторожевой солдат.
Усните, удалые!
Вам завтра новый труд!
Здесь сторожа чужие
Бивак ваш стерегут.
Пусть скачут Мурат-Бея
Лихие ездоки!
Хранят, в дали светлея,
Вас странные полки:
Ждет грозного здесь пира
Товарищ древних чад,
Который с сыном Кира
Из Фивских вышел врат;
К вам македонец смелый
Подходит, сын побед,
Мир облетевший целый
За Александром вслед;
В своей бывалой силе
Идет, угрюм и нем,
Седой боец на Ниле,
Вождь кесарских трирем.
Воители в пустыне,
Цари веков былых,
Владыке мира ныне
Шлют мертвецов своих.
К живым идут толпою
Живущие в гробах,
И с лат, готовы к бою,
Стряхают тлен и прах;
Сверкает меч их ржавый,
Во мгле сияет щит,
Блестит в красе кровавой
Ряд веющих хламид.
Пред бурной головою
Несется дивный строй,
Сердитою рукою
Схватил свой меч герой,
Вошел на злато трона
Во сне Наполеон,
Предстал, как сын Аммона,
Земле тревожной он, —
И каждого уж края
Судьба в его руке.
А пламя, догорая,
Дымится на песке.