Желалъ бы очень я всегда идти въ сравненье
Съ пѣвцомъ, котораго прозвали Фраунлобъ
За то, что преклонялъ онъ горделивый лобъ
Лишь передъ женщиной, жилъ ей лишь на служенье.
Ни шума грозныхъ битвъ, ни доблестныхъ особъ
Не славило нигдѣ поэта пѣснопѣнье;
И онъ обычное пріялъ вознагражденье —
Всѣ тѣ же женщины его свели во гробъ.
Я такъ же, какъ и онъ, прекраснымъ посвящаю
Всю жизнь мою; мой долгъ — увеселять лишь ихъ:
Во славу женщины слагается мой стихъ;
Онъ — вѣчный мой примѣръ, и мнѣ — я это знаю,
Придется, наконецъ, пріять такую-жъ мзду:
Отъ женщинъ именно въ могилу я сойду!