Муза, мне о том поведай,
Как сюда к нам был доставлен
Поросёнок шаровидный,
Вюннеберг именованьем!
На лужайках в Изерлоне
Родился он, и корытце,
Из которого питался,
Там стоит ещё поныне.
Каждодневно меж собратий
Кувыркался он в навозе;
Так плясать на задних лапках
Церниалю не удастся.
Видит мать, полна довольства,
Как сынок преуспевает:
Округляется животик,
Налились заметно щёчки.
А отец в восторге слышит
Сына хрюканье свиное,
И в родительское сердце
Проникает звук любезный.
Но ужель в грязи увянет
Цвет нежнейший поросяток?
И скотов достойный отпрыск
Неужель сгниёт бесславно?
Так о будущности сына
Мать его с отцом рядили,
И отстаивали мненья
Кулаками и словами:
«Мой пузатик! — муж промолвил —
С хламом старая корзина!
Я клянусь и повторяю:
Сын мой должен быть пастором.
«И туда, где извиваясь,
В синий Рейн впадает Дюссель —
Изучать пошлю болвана
Богословскую науку.
«Там живёт мой друг Асттёвер;
Я, грядущее предвидя,
Угощал его когда-то
Кофе, булками, печеньем.
«Там живёт и мощный Дамен,
И когда он потрясает
Поэтическою плетью —
Все юнцы его трепещут.
«Им надзор препоручаю
Я за сыном, их примером
Он возьмёт себе — покуда
Брюхом сам не просветится».
Так супругь супруге молвил,
Нежно лапку ей погладив,
А она его в объятья
Заключила с пылом страстным.
Затыкай скорее, Муза,
Оба уха! Поросёнка
Кипятком из чана шпарят,
Он кричит, визжит ужасно.
Вот мальчишка парихмахер
fr завил щетину,
И помады благовонье
Достигает до Герсгейма.
Вот с собраньем комплиментов
И портной туда приплёлся,
Фрак неся древне-германский,
Как носил ещё Арминий.
Посреди приготовлений
Тьма ночная опустилась,
Протрубил пастух к покою —
Все спешат забраться в стойла.