Tерьпѣнье хорошо, объ етомъ я не спорю,
Нравоучителей ни съ кѣмъ я симъ не ссорю.
Но мѣра есть во всемъ,
Подобно так и въ немъ.
Былъ нѣкакой скупой, иль былъ домостроитель,
И за расходами подробный былъ смотритель:
Имѣлъ онъ лошадь иль коня,
Какою шерьстью, то едино для меня.
Буланая ль была, гнѣдая иль иная,
Пусть лошадь будетъ вороная.
Случилось цѣлой день хозяину не ѣсть,
И было то ему не очень тяжко снесть.
Умняе, мыслитъ онъ, я сталъ поживъ подолѣ,
Хоть лошадь я свою̀, сказалъ онъ, и люблю,
Но сѣна и овса я много тѣмъ гублю;
Ни сѣна ни овса не дамъ коню я болѣ,
А лѣтомъ я пущу гулять лошадку въ поле:
Я целой день не ѣлъ, однако я вить живъ,
Пробыть безъ корму льзя, мой вымыселъ не лживъ:
Терпенье никогда не сокращаетъ вѣка,
А лошадь крѣпче человѣка.
Постится лошадь день: живаль она? жива.
Збылися, говоритъ, збылись моѝ слова̀,
Изряденъ опытъ мой, изрядна и догадка.
Еще постится день: жива ль моя лошадка?
Жива: я вѣдаль то;
И кормъ терять на что?
Постится день еще: хозяинъ тѣмъ доволенъ.
Скажите: живъ ли конь? конь живъ, да только боленъ.
Не можно, говоритъ, животному найтись,
Которо бы могло безъ скорби обойтись.
Постится день еще: легла лошадка въ стойлѣ,
Не мыслитъ болѣе о кормѣ, ни о пойлѣ.
Скажите: живъ ли конь? конь живъ, но Исправлена опечатка: чудь (исправлено по изданию 1780 года)чуть дышитъ.
Не всяка, говоритъ, скорбь жизни насъ лишитъ,
Конечно то припадки,
Холодной лихорадки.
Постится, день еще, и покидаетъ свѣтъ.
Скажите: живъ ли конь? коня ужъ больше нѣтъ.
Хозяинъ закричалъ, конюшему прегрозно:
Дай корму ты коню: теперь сударь ужъ позно.