У болота.
И другимъ пожалуй скоро
Лѣсъ покажется нашъ тѣсенъ—
Не найдутъ онѣ простора
Для своихъ безумныхъ пѣсенъ…
Съ жаждой солнечнаго свѣта,
Съ жаждой „новаго“ чего то,
Улетятъ онѣ, какъ эта,
Отъ родимаго болота!—
— Что имъ въ солнцѣ—не пойму я?—
Молвилъ сычъ, сердито хмурясь;
— Въ темнотѣ всегда живу я
И отъ солнца только жмурюсь.—
— Безполезно это пѣнье!—
Крикъ послышался насѣдки;
— Лишь въ курятникѣ спасенье,
И всего нужнѣе—дѣтки…—
— Жизнь дана для наслажденья!—
Молвилъ чижъ, съ цвѣткомъ въ петличкѣ,
Поощренный, безъ сомнѣнья,
Взоромъ ласковымъ синички.
— Ахъ, что слышу я?—крикливо
Тутъ вмѣшалася сорока,
Не сдержавъ нетерпѣливо
Словъ язвительныхъ потока;
— Глупость—эти дарованья
И поэзія и чувство…
Въ мірѣ есть одно призванье—
Акушерское искусство!
Нѣтъ почетнѣе занятья
И прекраснѣе и выше,—
И объ этомъ прокричать я
Хоть сейчасъ готова съ крыши!…
Такъ, собравшися толпою
Подъ весеннимъ небомъ чистымъ,
Птицы, споря межъ собою,
Оглашали воздухъ свистомъ…
А подъ сѣнью ивъ зеленыхъ
Птичка мертвая лежала,—
И сужденій просвѣщенныхъ,
Къ сожалѣнью, не слыхала…