О берег пустынный чуть плещет волна;
На небе лазурном гуляет луна;
Мечтой прихотливой носясь вдалеке,
Покоится рыцарь на белом песке.
В широкой одежде, одна за другой,
Всплывают русалки из бездны морской,
И кра́дутся к месту, где рыцарь лежит,
И кажется всем им, что крепко он спит.
Любуется первая шлема пером,
И сталью копья, и брони серебром.
Другая, к могучей груди наклонясь,
Блестящею цепью его занялась.
У третьей весёлые искры в глазах,
И рыцарев меч обнажённый в руках;
На меч опираясь, легка и стройна,
На рыцаря радостно смотрит она.
Четвёртая радостно пляшет вокруг
И с нежностью шепчет: «Неведомый друг,
Прекрасный мой рыцарь, цвет лучший людей,
О, если б была я подругой твоей!»
И пятая вся вожделений полна;
У спящего руки целует она.
Шестая, смелее кружка своего,
Целует и в щёки, и в губы его.
Но рыцарь не промах, и думает он,
Хитро́ продолжая притворный свой сон:
«Русалки прелестны; пускай же оне
Ласкают, целуют меня при луне».