Знаешь, Миньона, одинъ только разъ
Были съ тобою мы близки:
Часъ лишь одинъ былъ дѣйствительный часъ, —
Прочіе — блѣдные списки!
Свѣтъ озарилъ насъ и быстро погасъ,
Сжались извивы объятій,
Стрѣлка часовъ обозначила: „часъ“
На роковомъ циферблатѣ!
Въ этотъ лишь мигъ, лишь единственный разъ,
Видѣлъ тебя я моею!
Какъ объяснить, что покинуло насъ?
Нѣтъ, не могу, не умѣю!
Ярокъ какъ прежде, огонь твоихъ глазъ,
Ласки исполнены яда. —
Свѣтъ озарилъ насъ и быстро погасъ…
Сердце! чего жъ тебѣ надо?
Нѣтъ, не всесиленъ любовный экстазъ,
Нѣтъ мы съ тобою не близки!
Часъ лишь одинъ былъ дѣйствительный часъ.
Прочіе — блѣдные списки!
Августъ 1895.