Credo Pudicitiam Saturno Rege moratam
In terris, visamque diu, cum frigida parvas
Praeberet spelunca domos, ignemque, laremque,
Et pecus et dominos communi clauderet umbra.
Juv. Sat. VI
Ты прелести златого века
Времян прошедших воскресил,
Но ах, того ли человека,
Певец, ты нам изобразил,
Который ныне унижает
Своей планеты красоту?
Певец мой, ты воспел мечту!
Природа нам не изменяет,
Природа как была — всё та, —
Кого ж из нас Адам узнает?
Так, пастушки твои — мечта!
Она лишь сердцу добрых внятна:
Мечты блаженства — не мечты!
И тень его для нас приятна,
Упавших с горней высоты,
Утративших права все наши,
Из света обращенных в прах;
Так, человек есть ангел падший,
Тоскующий о небесах!
Певец любезный, бросим взоры
Мы древней Аттики в страны —
Всё те же высятся там горы,
Холмы плодом испещрены,
Шумят густых платанов своды,
В снегах Олимп, в цветах Тайгет —
Над ними пролетели годы,
Но изменения в них нет.
Всё те ж гремят кристальны реки,
Всё те ж шелковые луга,
Но, друг мой, те ли ж человеки
Хранят Эгейские брега?
Грек-афинянин стал мечтою,
Арей Афины сокрушил,
И турок с шалевой чалмою
Там Мильтиадов заменил;
Мизитрой ныне Спарта стала,
И Алькоран дает закон,
Где вера чистая сияла
И бога прославлял Платон!
О друг мой, вот картина века,
В котором мы теперь живем, —
Кто в нас узнает человека?
И где же отблеск бога в нем?
И где печать, по коей можно
Признать во мне земли царя? ..
Панаев, согласиться должно,
Слепую гордость усмиря:
Как турк пред древним греком ныне,
Так перед праотцами мы!..
Вот унижение гордыне!
Смиритесь, дерзкие умы!..
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
3 июня 1821