В сумрачном углу, с мечтами,
Я один в пустом дому:
«Паж мой! мигом за друзьями!
Нет терпенья одному!..»
Свечи сотнями зажглися;
Зала вся людьми полна.
«Паж мой! гости собралися —
Мигом — ужин и вина!
Погреб выбери до дна!»
Вот и я в кругу веселом,
Слышу арф волшебный звук;
Тихо льется тон за тоном,
Всё гармония вокруг!..
Но каким внезапным стоном
Поражен смущенный слух?
Сердце охладело вдруг…
Кровь вся в голову вступила!
«Прочь сих арф надгробный стон!
Мертвецам приличен он —
Нас же радость посетила!»
Перебрав за строем строй,
Заиграли вновь арфисты:
Слышен волн сердитых вой,
Гул громов и ветров свисты.
Что за шум? Что слышу я?
Я и так убит тоскою —
Иль вам смерть нужна моя?
Дайте мне бежать, друзья!
Пропасть, пропасть подо мною!
Побегу в туманну даль
Рассевать свою печаль:
«Паж! коня, коня скорее!
Я едва могу дышать…
Здесь, в груди, мне всё теснее…
Нет, мне путь еще больнее…
Нет, постой коня седлать!..»
Не пойти ль на луг душистый
Иль на берег сей гористый?
Пусто там — и на горах!..
Не пойти ль в сей бор дремучий,
Где летают вранов тучи?
Нет — там холодно в тенях!..
В сумрачном углу, с мечтами,
Я опять в пустом дому:
Светит месяц над водами;
Страшно ночью одному!..
20 августа 1824
Гапсаль