„О, царь лучей, Богъ праведный и вѣчный,
Свѣтъ истинный, единый, безконечный,
Молю Тебя за друга моего!
Ужъ съ вечера не видѣлъ я его,
И близокъ часъ денницы!
Предшественница утреннихъ лучей
Давно горитъ во всей красѣ своей.
Товарищъ мой, усталыя рѣсницы
Откройте вы, — какъ утро молода,
Вдали горитъ восточная звѣзда,
И близокъ часъ денницы!
О, милый другъ, услышьте пѣснь мою:
Привѣтствуя пурпурную зарю,
Уже давно въ лѣсу щебечутъ птицы.
О, горе вамъ, насталъ вашъ смертный часъ:
Соперникъ вашъ сейчасъ застанетъ васъ,
Ужъ брезжитъ лучъ денницы!
Забылись вы — и плачъ напрасенъ мой,
Внемлите мнѣ, товарищъ дорогой,
И сонныя свои откройте очи:
На небесахъ блѣднѣютъ звѣзды ночи,
И брезжитъ лучъ денницы!
Прекрасный другъ, товарищъ милый, гдѣ вы?
Разстались мы, и Сына Присно-Дѣвы
За васъ всю ночь я пламенно молилъ
И, на колѣняхъ стоя, слезы лилъ,
Ужъ блещетъ лучъ денницы!
Васъ сторожить просили вы вчера,
И простоялъ я съ ночи до утра;
Напрасно все: и плачъ мой, и моленье!
Соперникъ вашъ свое готовитъ мщенье,
Зардѣлся свѣтъ денницы!“
„Мой вѣрный другъ, могу ли вамъ внимать я,
Когда подруги жаркія объятья
Заставили меня забыть весь свѣтъ,
И до того мнѣ вовсе дѣла нѣтъ,
Что рдѣетъ лучъ денницы!“