1 мая, 1857 г.
С душой мечтателя, художник по натуре,
Он бесконечною печалью удручён,
Не зная даже сам, о чём тоскует он:
Сегодня — потому, что быть наверно буре,
А завтра — оттого, что ясен небосклон.
Всё кажется ему и злым, и некрасивым,
И пенье соловья находит он фальшивым.
Душой подобен он увядшему цветку
Со сломанным стеблём, а телом — тростнику,
В котором соков нет и твёрдой сердцевины.
Страдая и грустя без видимой причины,
Он смертью медленной от этого умрёт,
В могилу унеся своих сомнений гнёт…
Вы все, любя его, душой поэту чужды.
Не растравляйте же расспросами без нужды
Его мучительно загадочный недуг.
И вы, избранницы, к которым в вихре света
Стремится пылкая фантазия поэта, —
И вам не надо знать его заветных мук.
Ваш гений, он — дитя, безумное, больное:
Увы! Не исцелит могущество земное
Божественный недуг! Сочувствуйте ему,
Любите, как дитя любили вы родное,
Страдайте вместе с ним — не зная, почему.
Когда б доступней вам была душа поэта —
Вы менее его любили бы за это.
Порой, как светлый луч, сияющий во мгле,
В очах безрадостных, на сумрачном челе —
Вдруг загорается желанный отблеск света.
Но, знай: не о тебе мечтает он, Нинета,
В объятиях твоих. Он жаждет не тебя;
Кого — не знает сам. Надеясь и любя,
Он видит пустоту зловещую повсюду,
И он не верует и не взывает к чуду.
Недугом тяжким в нём душа поражена,
Устал он раздувать колеблющийся пламень:
Как разрушаемый волной морскою камень —
Печалью тайною подточена она,
И умирает он от скорби беспричинной,
Отравленный тоской и… водкою полынной.