Его сочли бездушным мертвецом,
Но он проснулся. Рот окостенелый
Хотел кричать, но крик его несмелый
Был заглушён каким-то потолком.
И в страшной пустоте, холодной и бездонной,
Без звуков, без лучей, лежит он одинок,
Тревожно слушая… Испуганный зрачок
Пронизывает мрак безжизненный и сонный.
Кругом царит загадочный покой…
Вот хочет он привстать… и — ужас! — головой
Ударился о доски гробовые!
Усни и ты, душа моя,
Не плачь, не рвись в небесные края,
Чтоб цепи не почувствовать земные!