Володя, что съ тобой?...
Я видѣлъ, ты сейчасъ ласкался нѣжно къ дядѣ,
Въ недоумѣніи я былъ на это глядя...
Не ты ли самъ, другъ мой,
Всегда его бранилъ, всегда его боялся,
Его сердитымъ, злымъ считалъ,
Съ нимъ встрѣчи даже избѣгалъ
И разговора съ нимъ чуждался?...
— Ах, папа! думать а не могъ,
Что онъ сердитый съ виду только,
А вышло, что онъ добръ настолько,
Что далъ мнѣ сахару кусокъ!
——————
Я публициста зналъ: громовыми статьями
Онъ смѣло волновалъ всѣ честныя сердца...
Въ нихъ слышался протестъ горячій безъ конца,
Онъ чуть не плакалъ въ нихъ кровавыми слезами.
Какъ вдругъ онъ сразу тонъ статей перемѣнилъ:
Знать, тоже сахару кусочекъ получилъ!