Ах, как медлительно ползет
Ужасная улитка — время!
А я, недвижим, здесь лежу,
Влача болезни тяжкой бремя.
Ни солнца, ни надежды луч
Не проскользнет в мое жилище;
Я знаю: мрачный мой приют
Заменит мне одно кладбище.
Быть может, я давно уж мертв,
И лишь мечты воображенья —
Ночные призраки одни —
Творят в мозгу свое броженье.
Так, это духи древних лет
В лучах языческого света,
И местом сборища теперь
Им череп мертвого поэта.
И жутко-сладкую игру,
Безумный пир ночной ватаги,
Поэта мертвая рука
Передает потом бумаге.