А. Б. Вейнбергу
Еду я сквозь гарь лесную
В полночь. Жар палит меня;
Страх какой-то в сердце чую,
Ясно слышу дрожь коня.
По пожарищу заметны
Чудищ огненных черты, —
Безобразны, злы, несметны,
Полны дикой красоты;
Заплетаются хвостами,
Вдоль дымящихся корней
Вьются, щёлкают зубами
И трещат из дымных пней.
Пламя близко подступает,
Жар лицо моё палит,
Ум мутится, мысль блуждает, —
Будто тлеет и дымит!
Слышу сказочные были...
Речь идёт о чудесах...
Уж не тризну ль тут творили,
Сожигая царский прах?
Мнится: в утренней прохладе,
На кровати расписно́й,
Царь лежит в большом наряде,
Стиснув меч своей рукой.
Очи мгла запечатлела,
Исказила смерть черты;
На поленницах, вкруг тела,
В груды сложены щиты,
Копья, цепи, луки, бро́ни,
Шкур мохнатые ковры,
В ночь зарезанные кони,
Круторогие туры,
Гусли, бронзовые би́ла
И труба, что в бой звала,
И ладья, что с ним ходила,
И жена, что с ним жила...
Всё сгорело! Стало тише...
След дружинников исчез...
От могильника, всё выше,
Стал пылать дремучий лес;
Бьётся красными волнами,
Лижет тучи в небесах
И царя, с его делами,
Развевает в дым и прах;
По́лон ратью огневою
Чудищ в обликах людских,
Он в погоню шлёт за мною
Бестелесных чад своих!
Конь мой мчится, лес мелькает,
Жар сильней, душнее гарь!
Слышу, слышу: окликает,
Нагоняет мёртвый царь!
Он, как я, в седле высоком,
Но на огненном коне,
Близко чуется, под боком,
Жмётся стременем ко мне;
Говорит мне: «Гость желанный,
Улетим, отбросив страх,
К той стране обетованной,
Где журчат ручьи в лугах,
Где, познав любовь фиалки,
Ландыш, что ни ночь, бледней,
Где красавицы-русалки
Ждут таких, как ты, гостей, —
Где, под светом влаги синей,
Много звёзд морских цветёт,
Лес кораллов, бел как иней,
Оттеняя их, растёт,
Где под тихой глубиною
Даже солнца мощный лик,
Охлаждаемый волною,
Светит скромен, невелик;
Там, поющим струйкам вторя,
Будешь ты, как струйка, петь
И о жизни, полной горя,
Не захочешь пожалеть!..
О, поверь мне! Смерть прекрасна,
Смерть приветлива, нежна́,
Только с виду самовластна
И костлява, и страшна...»
Шепчет царь ещё мне что-то...
Мчимся мы по жердняку;
Различаю я болото...
Вижу сонную реку...
Сгинул царь! В борьбе с трясиной
Стал пожар и шлёт за мной,
В темень ночи воробьиной,
Дым, как пламя огневой...