Еще затмилася прекрасная звѣзда,
Въ разгарѣ полнаго и яркаго сіянья,
Такъ неожиданно!.. А многіе года
Она свѣтила намъ, какъ лучъ обѣтованья.
На нашихъ сумрачныхъ духовныхъ небесахъ,
Покрытыхъ тучами, теперь такъ мало свѣта,
Такъ мало ясныхъ звѣздъ; въ ихъ трепетныхъ лучахъ
Чуть видѣнъ трудный путь и мглою даль одѣта…
Порой лишь тусклый свѣтъ блуждающихъ огней
Влечетъ на мигъ толпу, блеснквъ лучомъ коварнымъ…
А ты, художникъ, намъ, ты, въ сумракѣ тѣней,
Лилъ тихій, ровный блескъ свѣтиломъ лучезарнымъ!
Ты вѣрой искренней и теплой пламенѣлъ
Во все прекрасное… Твой голосъ вдохновенный
Сулилъ отечеству безсмертія удѣлъ
И къ идеалу звалъ… Твой взоръ проникновенный
Въ клокочущемъ аду страстей и темныхъ силъ,
Гдѣ, какъ страшилища, гнѣздятся преступленья,
Въ хаосѣ зла и мукъ порою находилъ
Залогъ спасенія, святыню искупленья…
Въ душѣ преступника, проклятой на землѣ,
Отверженной людьми и чуждой ихъ участью,
Ты видѣлъ свѣтлый лучъ, таящійся во мглѣ,
Сокровище небесъ, похищенное страстью, —
Въ аду скорбей, во тьмѣ духовной нищеты
Ты видѣлъ скрытый путь съ вратамъ любви и рая…
О, рано ты ушелъ!.. О, много, много ты
Еще не досказалъ, изъ міра улетая!
Горька утрата намъ, — замолкъ твЪй вѣщій зовъ!..
Но долго будетъ онъ звучать и за могилой,
Сквозь гулъ обыденный ничтожныхъ голосовъ,
Съ любовью теплою, съ пророческою силой…
Уже сокрылся ты за гранью міровой,
Но призоветъ жреца, мыслителя, поэта
Къ служенью свѣтлому оставленный тобой
Въ духовной скиніи святой кивотъ завѣта…