ДЕБЮТАНТЪ.
Бездарность!.. въ этомъ нѣтъ сомнѣнья…
И легкій гулъ неодобренья
Въ толпѣ блестящей пробѣжалъ.
Какой-то важный генералъ
Вдругъ обратился съ замѣчаньемъ
Небрежнымъ къ дочери; она
Сидѣла сдержанна, блѣдна,
Вся поглощенная вниманьемъ.
Раздался первый звукъ смычка—
Запѣла скрипка… стройно, плавно…
То, задушевна и мягка,
Лилася пѣснь, то своенравно
Сребристый сыпался каскадъ
Блестящихъ трелей и руладъ—
И снова звуки замирали…
Всѣ съ напряженіемъ внимали
Его игрѣ. Вотъ кончилъ онъ.
Раздался взрывъ рукоплесканій,
Похвалъ, безсвязныхъ восклицаній
И криковъ: bis! со всѣхъ сторонъ.
Онъ вновь явился на эстрадѣ;
Теперь, въ его глубокомъ взглядѣ
Зловѣщій вспыхнулъ огонекъ,
Онъ нервно поднялъ свой смычекъ—
Вновь, съ безконечною кручиной,
Полились звуки… чуднымъ сномъ
Воскресла память о быломъ—
Могучей, яркою картиной.
Ночь… все заснуло… тишина…
И въ небѣ выплыла луна,
Бросая отблескъ серебристый
На воды темныя рѣки…
Вдали мелькнули огоньки;
Вечерней свѣжести душистой
Пахнула влажная струя,
И вотъ—изъ темнаго обрыва
Вдругъ полилися переливы
Весенней пѣсни соловья…
И онъ осмѣлился… Признанье
Сорвалось съ устъ его… Плебей,
Въ безумной дерзости своей,
Онъ позабылъ то разстоянье,
Что раздѣляло ихъ…
Въ тиши
Вы громче, громче лейтесь, звуки,
Чтобъ заглушить тоску и муки
Больной, истерзанной души!..
«Какъ горькій ропотъ укоризны
Несется пѣснь моя волной,
И если въ вихрѣ свѣтской жизни
Съ ея мишурной пустотой,
Ты не погибла безнадежно—
Пусть этотъ вопль тоски мятежной
На мигъ нарушитъ твой покой.
Да, я бѣднякъ—скрипачъ наемный…
Концертъ оконченъ… гаснетъ газъ…
Одинъ на сценѣ полутемной
Останусь я… Но въ этотъ часъ—
Я властелинъ твой, я нарушу
Твое блаженство, и волью
Въ твою изнѣженную душу
Сомнѣній ядъ—иль разобью,
Въ безсильи скрипку я свою…
Онъ кончилъ. Слышались рыданья
Въ толпѣ; глубокое молчанье
На мигъ настало, но потомъ—
Рукоплесканій страшный громъ
Потрясъ театръ—неудержимо
Все къ сценѣ двинулось толпой.
И, увлекая за собой
Отца… раскаяньемъ томима,
Въ порывѣ горя и стыда—
Княжна рвалась теперь туда…
Къ нему… на сцену… Ради Бога!..
Но что за странная тревога?
Всѣ суетятся, всѣ бѣгутъ…
Какой-то врачъ!.. Зачѣмъ онъ тутъ?..
О пропустите!..
Какъ въ туманѣ,
Предъ ней мелькнуло на диванѣ
Его лицо… да, это онъ…
Онъ спитъ… какой глубокій сонъ!..
Тѣнь думы строгой, величавой
Въ его чертахъ… и хоръ похвалъ,
Все упоенье первой славы—
Ненужны… Занавѣсъ упалъ…
Онъ кончилъ пьесу… доигралъ!..