Рыцарь флотские привычки
Сохраняет и на суше:
Он по-прежнему, как в море,
Ночью спит в висячей койке,
И без качки, сладко в море
Усыплявшей, тоже рыцарь
Обходиться не желает —
И велит качать он койку.
Заправляет этим Кука,
Старушонка-индианка;
И, качая колыбельку,
С спящим в ней седым младенцем,
Отгоняет опахалом
Надоедливых москитов
И поёт тихонько песню,
Песню родины далёкой.
В чём тут чары? В этой песне?
Или в голосе старухи,
Что чиликает, щебечет
Точно чижик?.. Пела Кука:
«Птица-птичка колибри,
Полети ты к Бимини!
Покажи, дорогу нашим
Разукрашенным пиро́гам!
«Рыба-рыбка бридиди,
Поплыви ты к Бимини!
И, убрав цветами вёсла,
Погребём мы за тобою!
Там, на этом Бимини,
Нет конца весне блаженной:
Золотые птички свищут
Там в лазури три-ли-ли!
«Там земля покрыта густо
Стройно чудными цветами;
Страстно их благоуханье
И огнём горят их краски.
«Пальмы гордые над ними
Распростёрли опахала
И возлюбленных целуют
Нежной свежестью и тенью.
«Там, на этом Бимини,
Протекает ключ волшебный;
Влага юности могучей
Животворная струится;
«Чуть водицы этой каплю
На цветок увядший брызнешь —
Он воспрянет, встрепенётся,
Расцветёт, похорошеет.
«Чуть водицы этой каплю
На сучок засохший брызнешь —
Он воскреснет, пустит почки,
В зелень пышно нарядится.
«Чуть старик хлебнёт водицы —
С плеч своих он сбросит старость
И из гусеницы скверной
В мотылька преобразится.
«Не один уж седовласый,
До кудрей допившись чёрных,
Постыдился возвратиться
В край родной молокососом.
«Не одна старушка тоже,
До румянца дохлебавшись,
Поконфузилась вернуться
Вновь на родину девчонкой.
«И на острове волшебном
Навсегда они остались;
Приковал их счастьем, блеском
Остров молодости вечной —
«Остров молодости вечной,
Бимини, приют волшебный!
По тебе томлюсь я, ною…
Ах, друзья мои, прощайте!
«Старый кот мой Мимили,
Петушок мой Кикрики,
Навсегда мы расстаёмся:
С Бимини мы не вернёмся».
Так старуха пела. Рыцарь
Сквозь дремоту слышит песню
И порой во сне лепечет,
Как младенец: «Бимини!»