Жизнью украсилъ язычникъ свои саркофаги и урны.
Пестрою вязью сплетясь, фавны, вакханки вокругъ
Пляшутъ. Щеки надулъ козлоногій сатиръ, и труди́тся:
Рогъ дребезжащій его хрипло и дико звучитъ.
Мнится, изъ мрамора слышны и стройный кимвалъ и тимпаны.
Вотъ наливные плоды рѣзвыя птицы клюютъ.
Шумъ не пугаетъ ихъ; онъ не спугнетъ и подавно Амура:
То-то раздолье ему съ факеломъ бѣгать въ толпѣ!
Такъ изобилію жизни и самая смерть покорилась:
Въ тихомъ вмѣстилищѣ сёмъ словно и пепелъ живетъ! —
Свитокъ мой! урну съ пепломъ пѣвца окружи ты собою:
Жизнью обильной тебя щедро украсилъ пѣвецъ!