В полях забытые усадьбы
Свой давний дозирают сон.
И церкви сельские, простые,
Забыли про былые свадьбы,
Про роскошь барских похорон.
Дряхлеют парки вековые
С аллеями душистых лип.
Над прудом, где гниют беседки,
В тиши, в часы вечеровые,
Лишь выпи слышен зыбкий всхлип.
Выходит месяц, нежит ветки
Акаций, нежит робость струй.
Он помнит прошлые затеи,
Шёлк, кружева, на косах сетки,
Смех, шёпот, быстрый поцелуй.
Теперь всё тихо. По аллее
Лишь жаба, волочась, ползёт,
Да ёж проходит осторожно…
И всё бессильней, всё грустнее
Сгибаются столбы ворот.
Лишь в бурю, осенью, тревожно
Парк стонет громко, как больной,
Стряхнуть стараясь ужас сонный…
Старик! жить дважды невозможно:
Ты вдруг проснёшься, пробуждённый
Внезапно взвизгнувшей пилой!