Весной въ травѣ журчалъ ручей
Подъ вѣчной зеленью крушины,
Съ зарей звенѣли тамъ кувшины,
Имъ вторилъ смѣхъ и звукъ рѣчей,
И топотъ стадъ у водопоя…
Но вотъ, подъ жгучимъ игомъ зноя,
Изсякла свѣтлая струя:
Безводнымъ ложе у ручья
Такимъ сухимъ и жесткимъ стало,
Какъ взоръ, давно не знавшій слезъ,
Глядящій мутно и устало.
Его песокъ полузанесъ,
И онъ оставленъ и покинутъ—
Пока изъ тучи грозовой
Опять струи воды живой,
Какъ слезы жгучія, не хлынутъ.