У башни стоял я, у старых развалин,
Поросших стеблями травы;
Вдали раздавался, тревожно печален,
Рыдающий окрик совы.
Царило безмолвье над спящею степью,
Лишь где-то кричала лиса,
И падали звёзды огнистою цепью,
Собой бороздя небеса.
Река омывала старинные стены,
И мимо разрушенных плит
Катилась к утёсам, где в облаке пены
Поток не смолкая бурлит.
В холодном сиянье, как лёгкие тени,
Как дым, улетающий ввысь, —
Во мгле вереницы туманных видений
Стезёю воздушной неслись.
Я голову поднял, — и вдруг из ложбины,
Вперяя сверкающий взор,
Явился мне призрак, носивший старинный
Шотландского барда убор.
Вся мощь вековая родного народа
Светилась в чертах у него,
И явственно лозунг священный — свобода!
Виднелся на шлеме его.
Запел он, — такой вдохновенною силой
Была эта песня полна,
Что мнилось: и взятых навеки могилой
Для жизни разбудит она.
Восторженно пел он о днях миновавших,
О днях наступивших — с тоской,
И звук этих песен, мне в сердце запавших,
Остался навеки со мной.