Надо мною тихо веют
Тюрингенские леса
И приветливо синеют
Меж листвою небеса.
И напев особый слышен
В тихом шорохе ветвей:
Старый дуб, могуч и пышен,
О борьбе поёт своей.
О печали шепчет ива
Полусонному ручью,
И лепечет сиротливо
Ясень исповедь свою.
Шелестят в раздумье сосны, —
Им с вечернею зарёй
Дни любви, былые вёсны
Вспоминаются порой.
Лишь один зелёный ельник,
Наклонясь под гнётом дум,
Им внимает как отшельник —
И безмолвен, и угрюм.