(Шандора Петёфи).
Над рекой темнеет кровля старая чарды,
Но она не отразилась в зеркале воды:
Тьма ночная всё объемлет сумраком и сном
На реке в тени деревьев, дремлет и паро́м.
А в чарде поют цыгане, пляски и кутеж…
Веселится, до упаду пляшет молодежь,
— Эй, хозяйка, подавай нам доброго вина,
Не жалей его, красотка, наливай до дна!
Пусть оно старее будет, чем мой дед седой,
Горячее поцелуев девы молодой!
Эй, цыгане, плясовую! Всех озолочу!
Нынче деньги я и душу проплясать хочу. —
Вдруг в окошко постучали: Не шумите там!
Вы покоя не даёте ночью господам! —
— Убирайся вместе с ними прямо к сатане!
Эй, цыгане, веселите ретивое мне…
Плясовую, да живее! Не жалей смычков!
Я последнюю рубашку вам отдать готов! —
Но опять стучатся тихо в переплёт окна:
— Ради Бога не шумите… Наша мать больна! —
И ни слова не ответя, все встают кругом,
Допивают тихо чарки, полные вином,
И, с цыганом расплатившись, длинною гурьбой,
Все немедленно уходят из чарды домой…
1892 г.