Ultima verba.
Своимъ сподвижникамъ онъ зрѣлищъ дастъ, и хлѣба,
Уловкой шулерской пріобрѣтая тронъ.
Пока онъ властвуетъ—монархъ изъ балагана,
Со скипетромъ въ рукѣ, съ трещеткою—въ другой,
Подъ покровительствомъ достойнымъ Ватикана,
Нахально наступивъ предательской ногой,
Что за собою слѣдъ оставила кровавый—
На совѣсть общества, на вѣру и законъ;
Пока преданія старинной нашей славы
Постыднымъ торжествомъ своимъ пятнаетъ онъ.
Покуда онъ живетъ—насилья и обманы
Я обличу! Съ тебя сорву личину, шутъ!
И если бы для насъ, давно гонимыхъ, страны
Всѣ отказались дать защиту и пріютъ,
Когда бы, цезарю французскому въ угоду,
Всѣ двери для борцовъ остались заперты,
И мы, какъ странники безъ племени и роду,
Иль словно бурею гонимые листы,
Пріюта не нашли, и даже Богъ пустыни
Отвергъ отверженныхъ, изгнанниковъ изгналъ;
Когда бъ могилы всѣ—минувшаго святыни
Отринули тѣла и вѣчный мракъ насталъ—
Одинъ я не склонюсь! И съ ненавистью къ стаду
Презрѣнному пойду тернистою тропой;
Среди изгнанія вы шлете мнѣ отраду:
Отчизна—мой алтарь, свобода—лозунгъ мой.
Залоги истины я сохраняю, братья,
Въ разлукѣ страждущихъ они соединятъ,
И я прославлю все, что вызвало проклятья,
И прокляну все то, чему теперь кадятъ.
Въ моемъ изгнаніи—гонимый и убогій
Стихомъ я разбужу заснувшіе умы;
Тамъ цезарю льстецы укажутъ входъ въ чертоги,
А я—я укажу ему на дверь тюрьмы!
Среди измѣнниковъ и трусовъ я отнынѣ
Съ спокойной совѣстью одинъ пойду впередъ,
Благоговѣніе къ поруганной святынѣ—
Мнѣ будетъ навсегда защита и оплотъ.
Пока не сгинетъ зло—ни просьбы, ни угрозы
Не возвратятъ меня къ родимымъ берегамъ.
О, Франція моя, невольно льются слезы
При мысли обо всемъ, что я оставилъ тамъ!
Свое изгнаніе я принимаю гордо;
Я видѣть не хочу и не желаю знать,
Что тѣ изнемогли, въ кого я вѣрилъ твердо,
Что пали многіе, уставшіе страдать.
О, родина моя! Напрасно—вѣчный странникъ—
Я жажду увидать полей твоихъ просторъ!
Среди отверженныхъ останусь я—изгнанникъ,
Дабы не раздѣлить ликующихъ позоръ.
И еслибы для борьбы съ насильемъ и развратомъ
Лишь сотня устоитъ—я примыкаю къ нимъ!
Изъ десяти борцовъ—откликнусь я десятымъ,
Одинъ останется?.. Ну что жъ? Я буду имъ!