Золотистый сумрак горные карнизы
В покрывало к ночи тихо одевает,
Снежные вершины гор Парапамиза
Пурпуром в закате солнца отливают.
И лепечут волны горного потока…
На ночь засыпает перл красы Востока.
Раздаются нежно звуки лютни, лиры
Под кустом роскошным дремлющим мимозы.
Властелин Герата и красавца мира
Смотрит на долину, погруженный в грезы.
В сумраке каштаны точно в броне, в латах
Темные деревья в рдеющих гранатах.
И Тимур взирает на места родные,
Он в себя вдыхает воздух ароматный;
Грозди винограда, точно золотые,
Наклонились, веет ветер благодатный.
Вспомнилось былое, дни побед кровавых…
Пленных вереницы, время шумной славы.
Он теперь сильнейший государь Ирана,
Перед ним соседи все давно склонились,
Перлы и богатство, блеск весь Хорасана
Во дворце роскошном здесь соединились.
Все его прекрасным солнцем величают,
Лучшие красотки ласки ожидают.
Хорасан уж назван раковиной мира,
А Герат есть лучший жемчуг Хорасана,
Воспевает всюду по Востоку лира
Город, задремавший в голубом тумане,
Где в шатрах дымятся мускуса куренья,
Где рубины, жемчуг, яркие каменья.
Сколько раз красоты и долин богатство
Навлекало войны, — яблоком раздора
Был Герат. В забвенье приходило братство
И родство… и только созревали споры…
И лежали трупы, мертвые верблюды,
Сженые деревья и развалин груды.
Но прекрасный город возникал там снова
И сады дарили снова чудной тенью,
Вновь там было много блеску золотого,
Снова раздавалось лютни, лиры пенье,
Снова винограды, как рубин, алели
И гранаты в листьях, точно пурпур, рдели.
И сидел владыко под акацьей темной,
Думая о власти, безграничной силе…
И спустилась змейка ленточкою скромной
И тихонько в руку жало засадила.
Закричал в отчайньи властелин всесильный,
Заблистал огнями сад красой обильный.
«Пусть же вечно будет спорным он владеньем,
Пусть потоки крови за Герат прольются!»…
Озарилось небо звездочки паденьем…
Знать слова Тимура в вечность пронесутся…
И упал он мертвый средь каштанов сада,
А змея сокрылась в листьях винограда.