Он был весной своей
В земле обетованной,
И много славных дней
Провёл в тревоге бранной.
Там ветку от святой
Оливы оторвал он;
На шлем железный свой
Ту ветку навязал он.
С неверным он врагом,
Нося ту ветку, бился,
И с нею в отчий дом
Прославлен возвратился.
Ту ветку посадил
Сам в землю он родную,
И часто приносил
Ей воду ключевую.
Он стал старик седой,
И сила мышц пропала;
Из ветки молодой
Олива древом стала.
Под нею часто он
Сидит, уединённый,
В невыразимый сон
Душою погружённый.
Над ним, как друг, стоит,
Обняв его седины,
И ветвями шумит
Олива Палестины;
И, внемля ей во сне,
Вздыхает он глубоко
О славной старине
И о земле далёкой.