Клубятся тучи сизоцветно.
Мой путь далёк, мой путь уныл.
А даль так мутно-безответна
Из края серого могил.
Вот кем-то врезан крест замшённый
В плите надгробной, и, как тень,
Сквозь камень, Лазарь воскрешённый,
Пробилась чахлая сирень.
Листы пожёлкли, обгорели…
То гнёт ли неба, камня ль гнёт, —
Но говорят, что и в апреле
Сирень могилы не цветёт.
Да и зачем? Цветы так зыбки,
Так нежны в холоде плиты,
И лёг бы тенью свет улыбки
На измождённые черты.
А в стражах бледного Эреба
Окаменело столько мук…
Роса, и та для них недуг,
И смерть их — голубое небо.
Уж вечер близко. И пути
Передо мной ещё так много,
Но просто силы нет сойти
С заворожённого порога.
И жизни ль дерзостный побег,
Плита ль пробитая жалка мне, —
Дрожат листы кустов-калек,
Темнее крест на старом камне.
<1904>