Оканчивая разъ урочныя занятья,
Учитель распускалъ домой учениковъ,
Но одному сказалъ: «постой, на пару словъ
Тебя хотѣлъ бы задержать я».
Послушный ученикъ остался, и едва
Всѣ школьники ушли и школа опустѣла,
Изъ устъ учителя услышалъ онъ слова
Такого рода: «Вотъ въ чемъ дѣло:
Тебя я, миленькій, хотѣлъ бы попросить
Мнѣ службу сослужить...
Для поддержанія благопорядка въ классѣ
Нѣтъ розогъ у меня достаточно въ запасѣ,
Вчера же вечеромъ, четыре деревца
Замѣтилъ я въ саду у твоего отца..
Такія сочныя... отъ яблони направо,
Что слюньки у мена текли невольно, право;
Тахъ сбѣгай-ка, мой другъ, къ отцу скорѣе въ садъ,
Нарви мнѣ прутиковъ пучковъ съ десятокъ, что ли,
А то, пожалуй, я поболѣ,
И съ ними приходи сюда опять назадъ.
Что́-жь та насупился? такой же ты несмѣлый,
Вѣдь розги эти — для другихъ!
Ты лучшій ученикъ, самъ знаешь, въ школѣ цѣлой,
Но надо постегать товарищей твоихъ.
Ступай же!..». Школьникъ мой иснолнилъ порученье,
И прутьевъ наломалъ чуть-чуть не съ цѣлый возъ,
Потомъ связавъ въ пучки ихъ ровные съ терпѣньемъ,
Кряхтя подъ ношею, къ учителю принесъ;
Но прежде нежели онъ въ школу воротился,
Учитель кѣмъ-то былъ взбѣшонъ,
А въ случаяхъ, когда нашъ педагогъ сердился,
На всѣхъ накидывался онъ,
Кто правъ, кто виноватъ — не дѣлая разбора.
И вотъ, чуть школьника завидѣлъ онъ въ дверяхъ,
Какъ сталъ его бранить за видъ веселой: «скоро
Совсѣмъ къ учителю ты потеряешь страхъ,
Знать, видно, и тебѣ нужна-таки припарка —
Ты кстати съ розгами пришелъ...»
И такъ онъ мальчика при этомъ отпоролъ,
Что нёбу стало жарко!
——————
Ты розги, публицистъ, готовишь для другихъ,
Смотри, не наживи и самъ бѣды отъ нихъ.