Та ваза съ гибнущей вербеной
Задѣта вѣеромъ была.
Ударъ безшумный и мгновенный
Чуть тронулъ зеркало стекла.
Но рана, легкая сначала,
Что день, таинственно росла:
Хрусталь точила, разъедала
И мѣрнымъ кругомъ обошла.
Бѣда не во-время открыта:
Цвѣтокъ безмолвно умиралъ,
По каплѣ кровью истекалъ… —
Не тронь ея: она разбита!
Такъ часто милая рука
Намъ сердце любящее ранитъ, —
И рана тонко-глубока,
И, какъ цвѣтокъ тотъ, сердце вянетъ.
Но долго гибельный огонь
Отъ равнодушныхъ взоров прячетъ, —
Болитъ и тихо-тихо плачетъ…
Оно разбито вѣдь — не тронь!