Маронова ума вовеки хвальный плод,
Пречудный образец витийственных красот,
Во стих российскаго переложе́нный слова,
Прими, великий князь, под ону тень покрова,
Какую сам ему Октавий подавал,
Кой музам жизнь, себе бессмертье даровал;
Какую мать твоя простерла на науки,
Звук славы новыми всегда сугубя звуки.
Хоть римского орла парение и шум
Постигнуть впо́лне мой оскудевает ум —
Любовь познать красы, чем блещет в слоге древность,
Рожденна от тоя ко подражанью ревность
Приводит робкое в движение перо.
О, если б то текло, как жар велит, быстро́,
Я, мыслей в высоте Марону подражая,
И вящим, нежель он, усердием пылая,
Потщился бы пред всей вселенной показать,
Чем выше Августа твоя Августа мать!
Пусть силам моего то духа необъятно,
Мне лик ее доброт воображать приятно;
Приятно вображать о будущей судьбе,
Готовящей открыть нам зрелый плод в тебе:
Как рождьшия вослед россиян честь умножишь!
Как гордых под пяту противников положишь!
Как будешь подданным щедроты проливать!
Гряди, куда тебе, как солнце, светит мать,
Куда стремит тебя природы превосходство,
Премудра Ментора премудро руководство.
Уже нам зримые в лице твоем черты
Являют рай твоей душевной красоты.
Ты тени твоея труд слабый удостоишь,
Снисшествием к нему злых ропот успокоишь;
Ты станешь с кротостью внимать Маронов тон;
Внемли, внемли, и тем мой буди Аполлон.