Вѣтра прихотямъ послушной,
Разряженный, какъ на пиръ,
Какъ пригожъ въ странѣ воздушной
Облаковъ летучій міръ!
Клубятся дымчатыя груды,
Восходятъ, стелются, растутъ,
И женской полныя причуды
Роскошно темны кудри вьютъ.
Привольно въ очеркахъ ихъ странныхъ
Играть мечтамъ. Тамъ взоръ найдетъ
Эѳирной арміи полетъ
На грозный бой въ нарядахъ бранныхъ,
Или, въ вѣнкахъ, красотъ туманныхъ
Неуловимый хороводъ.
Вотъ, облаковъ покинувъ кругъ волнистой,
Нахмурилось одно — и отошло;
Въ его груди черно и тяжело,
А верхъ горитъ въ опушкѣ золотистой; —
Какъ царь оно глядитъ на ликъ земной:
Чело въ вѣнцѣ, а грудь полна тоской.
Вотъ — ширится — и крыльями густыми
Объемлетъ долъ, — и слезы потекли
Въ обитель слезъ, на яблоко земли, —
А между тѣмъ кудрями золотыми
Съ его хребта воздушно понеслись
Янтарныя, живыя кольца въ высь.
Все мрачное мраку, а Фебово Фебу!
Все дольное долу, небесное небу!
Снова ясно; вся блистая,
Знаменуя вешній пиръ,
Чаша неба голубая
Опрокинута на міръ.
Разлетаюсь вольнымъ взглядомъ:
Облака, вашъ кругъ изчезъ!
Только тамъ вы мелкимъ стадомъ
Мчитесь въ темени небесъ.
Тѣхъ высотъ не сыщутъ бури;
Агнцамъ неба суждено
Тамъ разсыпать по лазури
Бѣлокудрое руно;
Тамъ роскошна пажить ваша;
Дивной сладости полна
Вамъ лазуревая чаша
Открывается до дна.
Тщетно васъ слѣжу очами:
Васъ ужъ нѣтъ въ моихъ очахъ
Легкой думой вмѣстѣ съ вами
Я теряюсь въ небесахъ.