Над осокой вольный ветер пролетает,
Говорит ей: «Отчего, скажи, осока,
Твой народ себя совсем не уважает,
Предо мной всегда склоняется глубоко?
Чуть подую, вижу: ты уж и пригнулась...
Дул я с севера, подумал: дуну с юга, —
Может статься, помогу, чтоб встрепенулась;
Раболепствует, быть может, от испуга!
Нет, куда! Легла к воде с другого бока;
Невдогад тебе мое благодеянье...
Ах, ты глупая, ты глупая осока,
Ты беспомощное, жалкое созданье!»
Слушала осока, глубоко вздохнула,
Отвечает ветру: «Ветер-благодетель,
Буде ваша милость вовсе бы не дула,
Я росла бы прямо, стройно! Бог — свидетель,
Что моих нижайших, вечных поклонений
Не было бы вовсе у меня в заводе;
Я стояла б выше всяких треволнений —
С уваженьем к правде и к своей породе!»