Вѣроятно, какъ бываетъ это часто въ сказкахъ,
Онъ еще ребенкомъ старику помогъ
Встать, когда упалъ тотъ и не могъ
Вновь подняться самъ, и съ дѣтской лаской
Вытеръ грязь съ его одежды. — «Чтобъ желалъ,
«Милый мальчикъ, чтобъ тебѣ я въ даръ назначилъ?
«Все исполню!» — такъ ему старикъ сказалъ…
И вопросъ ребенка сильно озадачилъ…
«Чтожъ ты любишь, милый мальчикъ мой?»
— Музыку люблю! — «Такъ равнаго не будетъ
На землѣ всей! И — потомство не забудетъ…
Вѣрь, исполню все! Не нищій… я… святой!»…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Слова исполнились и на землѣ обширной
Никто тѣхъ звуковъ неземныхъ не извлекалъ,
Тѣхъ нотъ воздушныхъ, легкихъ и эфирныхъ,
И чистыхъ, какъ божественный кристаллъ.
И онъ художникъ къ намъ съ небесъ зоветъ
Умершихъ, оживляя, если хочетъ…
Рояль рыдаетъ, плачетъ и хохочетъ,
Печально стонетъ, весело поетъ…
Блистаютъ молніи, рокочутъ пушки, громы…
Поютъ въ сиреняхъ нѣжно соловьи…
Несутся звуки сладостной истомы
И пѣсни мощныя и страстныя любви. —
Онъ покорилъ рояль… И звукъ порой бездушный
Въ его рукахъ рыдаетъ и поетъ…
Онъ можетъ все. — Рояль ему послушный,
Когда захочетъ онъ, у ногъ его умретъ…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .