Когда трагический актер,
Увлекшись гением поэта,
Выходит дерзко на позор
В мишурной мантии Гамлета,
Толпа, любя обман пустой,
Гордяся мнимым состраданьем,
Готова ложь почтить слезой
И даровым рукоплесканьем.
Но если, выйдя за порог,
Нас со слезами встретит нищий,
И прах целуя наших ног,
Попросит крова или пищи…
Глухие к бедствиям чужим,
Чужой нужды не понимая,
Мы на несчастного глядим,
Как на лжеца иль негодяя.
И речь правдивая его,
Не подслащенная искусством,
Не вырвет слез ни у кого
И не взволнует сердца чувством.
О род людской! как жалок ты —
Кичась своим поддельным жаром:
Ты глух на голос нищеты
И слезы льешь перед фигляром.
1845