Увы! мимолетно, Постумий, Постумий,
Проносятся годы, моленья напрасны:
Не сходят морщины — наследье раздумий,
А старость и смерть неизбежно-ужасны.
В день триста быков закалая, Плутона,
О друг! ты не тронешь напрасной мольбою:
Бесслезный трехтельного он Гериона
И Тития запер печальной волною.
По ней же нельзя, чтоб и мы не поплыли,
Все, сколько нас кормят земные пределы
Плодами своими, хотя бы мы были
Цари или скудные лишь земледелы.
Напрасно нас Марс кровожадный минует
И Адрий, ревущий разбитой волною;
Напрасно страшимся, коль Австер подует,
Телам вредоносный, осенней порою.
Придется увидеть во мраке Аида
Ленивый Коцит и проклятое племя
Даная, увидеть в руках Эолида
Сизифа несносное, вечное бремя.
Оставишь и землю и дом и супругу…
Из древ, насажденных твоею рукою,
Один кипарис ненавистный, в услугу,
Владелец минутный! пойдет за тобою.
Смышленый наследник отыщет в подвале,
Где Цекуб за стами замками хранится;
Вином же, какого жрецы не пивали,
Увлажить помоста не будет стыдиться.