Я знал её малюткою кудрявой,
Голубоглазой девочкой; она
Казалась вся из резвости лукавой
И скромности румяной сложена.
И в те лета какой-то круг влеченья
Был у неё и звал её ласкать;
На ней лежал оттенок предпочтенья
И женского служения печать.
Я знал её красавицей; горели
Её глаза священной тишиной, —
Как светлый день, как ясный звук свирели,
Она неслась над грешною землёй.
Я знал его — и как она любила,
Как искренно пред ним она цвела,
Как много слёз она ему дарила,
Как много счастья в душу пролила!
Я видел час её благословенья, —
Детей в слезах покинувшую мать;
На ней лежал оттенок предпочтенья
И женского служения печать.