Я помню, во сне мне явилась,
Она — боязлива, робка…
Лавиты её были бледны,
И грудь иссушила тоска;
Ребёнок шёл с нею; другого
Держала она на руках…
Смущенье и горе заметны
В движеньях, в улыбке, в очах.
Чрез площадь она проходила;
И там повстречались мы с ней.
И взяв её за руку, тихо
И ласково молвил я ей:
„Страданья тебя изнурили,
Последуй за мною, в мой дом.
И стану одежду и пищу
Тебе добывать я трудом.
Детей твоих стану лелеять,
За ними ходить буду я,
Но больше всего за тобою:
Сама ты больное дитя!
О том, как любил я — ни слова
Тебе не хочу говорить;
А если умрёшь ты — я стану
К тебе на могилу ходить!“