Кругом легла ночная тень,
Когда одной из деревень
Альпийских путник проходил,
С хоругвию. Начертан был
На ней девиз:
— Эксельсиор! —
Он бледен был, но взор очей
Сверкал, как лезвие мечей,
Как ро́га звук невдалеке
Звучал на чуждом языке
Призыв его:
— Эксельсиор! —
Из окон пламя очагов
На скатерть белую снегов
Ложилось отблеском, но он
Шёл мимо них и, словно стон,
Срывалось с уст:
— Эксельсиор! —
«Нейди в ущелие, поток
В горах и бешен, и глубок,
Мы бури ждём!» сказал старик,
Но зазвучал победный клик
Ему в ответ:
— Эксельсиор! —
Молила девушка: «Постой,
Склонись усталой головой
Ко мне на грудь!» Его глаза
На миг увлажила слеза,
Но, обратив на небо взор,
Он отвечал:
— Эксельсиор! —
Кричали вслед ему: «Вернись,
Опасных ла́вин берегись,
Бедой грозит тебе обвал».
Но смелый голос отвечал
Им с высоты:
— Эксельсиор! —
И в Сен-Бернарде на заре,
Когда сошлась в монастыре
К молитве братия — из гор
Вдруг раздалось:
— Эксельсиор! —
В горах — снегами занесён —
Был путник-юноша найдён,
В руке застывшей он сжимал
Хоругвь святую, и стоял
На ней девиз:
— Эксельсиор —
Он там лежал в холодной мгле,
С печатью смерти на челе,
В расцвете юной красоты, —
И вдруг — с небесной высоты,
Как промелькнувший метеор
Пронёсся клич:
— Эксельсиор! —
1887 г.