Гонимый невзгодою странникъ,
Соблазна грѣховнаго данникъ,
Лишенный отчизны изгнанникъ —
Навѣкъ успокоился онъ.
Съ тоскою воздѣтыя руки,
Рыданья предсмертнаго звуки,
И — кончились тяжкія муки,
И путь безнадежный пройдёнъ.
Обрядъ совершили прощальный,
Пропѣли псаломъ погребальный,
Вдали замираетъ печальный
Торжественный звонъ.
Теперь не страшны ему: холодъ,
Нужда, непогода и голодъ,
Пусть сыплетъ ударами молотъ, —
Заснулъ онъ, — и тихъ его сонъ!