Донъ Массіа изъ Кастильи,
По прозванію: влюбленный,
Въ Архоньинской башнѣ плакалъ
О подругѣ незабвенной.
За богатаго вельможу
Она выдана недавно,
А пѣвецъ за вѣрность къ милой
Заключенъ въ тюрьму безславно.
За рѣшеткой тамъ пѣвалъ онъ,
Такъ что лутники внимали,
Такъ что листья подъ окошкомъ,
Внемля пѣснямъ, трепетали.
Трубадуры ли ей пѣли,
Или вѣтры доносили,
Только всѣ поэта пѣсни
До прекрасной доходили.
Но за нею строгимъ окомъ
Наблюдалъ супругъ суровый.
«Долго ль будешь ты мнѣ страшенъ,
И закованный въ оковы!»
Вотъ, надѣвъ свои доспѣхи,
На коня супругъ садится,
Скачетъ въ дальную Гренаду,
Къ Архоньинской башнѣ мчится.
Въ это время за рѣшеткой
Трубадуръ Массіа юный
Пѣлъ любовь свою такъ сладко,
Ударялъ такъ звонко въ струны.
И, съ сѣдла привставши, пику
Въ грудь Массіи извергъ кинулъ;
Съ пѣснью сладостной, какъ лебедь,
Міръ земной поэтъ покинулъ.
И, побѣдой восхищенный,
Ѣдетъ въ замокъ мужъ ревнивый,
Горе, извергъ! Нѣтъ поэта,
Но его всѣ пѣсни живы.
По Испаніи тѣ пѣсни
Всюду носятся, летаютъ:
Всѣмъ плѣняютъ слухъ, убійцу жь,
Словно гарпіи, терзаютъ.
Часто онъ въ разгульномъ пирѣ,
Слыша пѣсни, вдругъ блѣднѣетъ;
Часто въ полночь пробужденный
Звукомъ ихъ дохнуть не смѣетъ.
Всюду въ городѣ, въ долинахъ,
Слышатъ звуки роковые
И, какъ духи, слухъ терзаютъ
Пѣсни сладкія Массіи.