Русокудрая головка!
Занятъ я твоей судьбой,
И — мнѣ горько и неловко
Лгать, дитя, передъ тобой.
Русокудрая головка!
Ты, какъ ангелъ создана;
Но родная обстановка
Сокрушительно — сильна.
Не такія съ ней сражались
Дѣти слабыя, какъ ты,
И безсильно наклонялись,
Какъ завялые цвѣты.
Свѣтлый путь, любовь и воля…
Въ нихъ ты вѣруешь шутя,
Но едва-ль такая доля
Предстоитъ тебѣ, дитя!
Сердце счастьемъ заохотивъ,
Я тебя не обману…
Нѣтъ, ребенокъ мой, напротивъ,
Я разсказывать начну —
О средѣ, гдѣ счастье рѣдко,
Гдѣ обычай — Богъ людской,
Гдѣ золоченная клѣтка
Ждетъ тебя съ твоей тоской.
Съ жаждой силы и свободы, —
Ждетъ та сфера, жадно ждетъ,
Гдѣ толпѣ свои клейноды
Только пошлость создаетъ,
Гдѣ нѣтъ бури… Что за бури!
Не онѣ страшны, — страшна
Пылкой, огненной натурѣ
Лишь нѣмая тишина,
Да затишье праздной скуки
Безъ борьбы и безъ труда,
Гдѣ опущенныя руки
Лѣнь сковала на-всегда…
Жизнь пройдетъ — и не узнаешь
И съ непочатой душой.
Какъ другія, ты истаетъ
Воскуяровой свѣчей.
Гнетъ, осмѣянныя грезы,
Неоконченный романъ,
Недоплаканныя слезы
И супружескій обманъ —
Вотъ одна я таже сказка,
Напѣваемая намъ,
Обыденная развязка
Обыденныхъ нашихъ драмъ.
Потому, малютка, больно
За тебя мнѣ не шутя;
Если жъ я солгалъ невольно,
Если жъ, мился дитя,
И ошибся, можетъ статься
То, повѣрь, я былъ бы радъ
Такъ почаще ошибаться
И пророчить не впопадъ.